охота гончий
Владимир Дудинцев. Белые одеждыВладимир Дудинцев. Белые одеждыСии, облеченные в белые одежды,--Кто они охота гончий откуда пришли?Откровение Иоанна Богослова, 7, 13.Н. Л. охота гончий А. А. Лебедевым.* ПЕРВАЯ ЧАСТЬ * IСтоял тихий сентябрь. Воскресное утро, может быть,последнее ласковое утро уходящего лета, тихо, как младенец,играло солнечными пятнами охота гончий тенями. Громадный институтский паркдремал, раскинувшись на двух холмах, которые здесь называлисьМалой Швейцарией. Он был весь разбит поперечными охота гончий продольнымиаллеями на правильные прямоугольные клетки. С одной стороны вконце каждой поперечной аллеи светилась пустота, там угадывалсяпровал, охота гончий оттуда, из легкой дымки, иногда доносился низкий ревпарохода. Там была река. С противоположной стороны вдалекесреди зелени мелькали розовые стены корпусовСельскохозяйственного института.Вдоль главной -- Продольной -- аллеи, которая шла почти покраю провала, сидели на решетчатых скамьях студенты с книгами.Уже начался учебный год. Далеко внизу между деревьями прыгалволейбольный мяч, время от времени аллею пересекал бегун всинем обтягивающем трико или в трусах -- студент или жилистыйпрофессор.По этой чисто подметенной аллее между двумя рядами старыхлип брел в это утро охота гончий поглядывал по сторонам человек вклетчатой, ржавого цвета ковбойке с подвернутыми рукавами охота гончий всветло-серых тонких брюках. Был он лет тридцати, невысокий,узкий в поясе, шел, сложив руки за спиной. Широкое, нохудощавое лицо его с довольно заметным внимательным носом былоподвижно, русая бровь иногда поднималась с изгибом -- охота гончий этоговорило о привычке постоянно размышлять, свойственнойнекоторым ученым. Была в его лице особенность: резко выделенныйжелобок на верхней губе переходил охота гончий на нижнюю охота гончий заканчивалсяглубокой кривой ямкой на подбородке -- получалось, что нижняячасть лица как бы перечеркнута этой отчетливой вертикалью. Шагиэтого задумчивого человека были неторопливы, охота гончий тем не менее ондогнал охота гончий оставил за собой двух странных пожилых бегунов --мужчину охота гончий женщину, обтянутых синими шерстяными трико, охота гончий в белыхкедах. Пара эта бежала трусцой, то есть топталась почти наместе, У мужчины розовый пробор проходил сразу же над ухом,жидкие желтовато-седые волосы прикрывали плешь. Старость цепкодержала его в когтях. У женщины спортивный костюм выдавалнепропорционально распределенную полноту:все ушло в верхнюю часть широкого, без перехвата, корпуса,в широкие плечи. От нее веяло волей охота гончий слегка глупостью.Они вели беседу. Когда человек в ковбойке, узнав мужчину иподжав локоть, с почтительным поклоном огибал их, бегунпосмотрел на него, полуочнувшись, охота гончий продолжал свою речь:-- Он фиксирует по Навашину. Двенадцати часовдостаточно... Ему нужно быстро -- тысячи гибридов, охота гончий всепроверь...Женщина сказала:-- На его микротоме можно получить срез на толщину клетки.Хорошо хромосомы считать. На помойке подобрал нами же списанныечасти, отремонтировал сам -- охота гончий пожалуйста... Мог охота гончий ты ведь...-- Не так просто. Все в микрометрическом винте. Онзаказывал винт в Москве у какого-то мастера...И человек в ковбойке сразу понял, о чем они говорили. Этобыли цитологи -- специалисты по исследованию растительныхклеток. От их разговора чуть-чуть потянуло ивейсманизмом-морганизмом, который месяц назад был торжественноосужден на августовской сессии Всесоюзной академиисельскохозяйственных наук. Шевельнув бровью, человек в ковбойкебыстро оглянулся на бегунов, легко поклонился мужчине охота гончий опятьне был замечен.Потом он долго шел по аллее, размышляя о своих делах,которых было много. Аллея вывела его на лысый бугор, к еговершине, где была вкопана в землю простая лавка, охота гончий человек селна нее -- лицом к горящему внизу под солнцем разливу реки, ксиним бугристым далям за рекой: там синела Большая Швейцария.Этот человек имел отношение к науке о растениях охота гончий зналмного разных вещей. Знал, например, что есть такое понятие:спящая почка. У яблони ее не видно, но садовник умелой обрезкойдерева может заставить ее пробудиться, охота гончий тогда на гладком местевдруг выстреливает новый побег. Старый знакомый человека вковбойке селекционер-садовод Василий Степанович Цвях, любительзатейливо мыслить, однажды сказал ему, что охота гончий у человека бываетчто-то похожее на это явление. Ты можешь прожить долгую жизнь идаже отойти в лучшие миры, так охота гончий не узнав, кто ты -- подлец илигерой. А все потому, что твоя жизнь так складывается -- непосылает она испытаний, которые загнали бы тебя в железнуютрубу, где есть только два выходи -- вперед или назад. Но можети послать. Человек в ковбойке никогда не пробовал примерить этумысль к себе, но поговорить с хорошим собеседником на тему оспящих в нас загадках был готов всегда.А между тем, ему предстояло увериться, что именно в этидни он делал свой первый шаг в ту среду, которую имел в видусадовод, -- в условия, благоприятные для пробуждения какого-тоспящего качества. Может быть, он даже чувствовал тугоеувеличение проснувшегося ростка, но не отдавал себе в томотчета -- еще не осмыслил явления -- оно бежало впередиосваивающей мысли. В те самые минуты, когда человек, сидящий налавке, обдумывал свои дела, спящая почка уже тронулась в рост,и он уже двигался к своей железной трубе, которая в этом городеждала его, чтобы определить, кто он -- ищущий истину отчаянныйсмельчак или трус, прячущий под себя свои жалкие пожитки.Удивительно, что это была настоящая огромная железная труба ией, кроме прямого дела по ее специальности, была уготованадругая -- историческая служба.Шаги охота гончий голоса в аллее заставили человека в ковбойкеобернуться. Это была все та же пара синих бегунов -- они уже нетрусили рысцой, охота гончий шли, охота гончий это получалось у них значительнобыстрее. Поднявшись на бугор, они сели на ту же лавку.-- Вот так, -- сказал мужчина, вытирая платком лоб охота гончий шею.-- Так что ты все увидишь сама. И притом в недалеком охота гончий хорошообозримом будущем.-- Боишься? -- вполголоса спросила женщина.-- Трясусь, как балалайка.-- Тебе-то ничего не будет...-- я полагаю, что твоя эйфория безосновательна, --пригвоздил он ее с неповторимым кряхтеньем, тоном сноба. --Последнее слово не за тобой, охота гончий за их преосвященством. А ихпреосвященство не любят еретиков, -- тут бегун очень веселопосмотрел на незнакомца в ковбойке. Тот, дружелюбноулыбнувшись, в третий раз чуть заметно поклонился, охота гончий с этогомомента бегун стал говорить только для него. -- Ты помнишь,каков был Торквемада? -- сказал он женщине, глядя на еемолодого соседа. -- Ну, Торквемада, великий испанскийинквизитор. А помнишь, чем он отличался? Религиознымэнтузиазмом, богословской начитанностью...-- Ну, ты тут на своем коне. Кроме тебя, конечно, никтоэтого не знает, охота гончий никто не читал энциклопедию, -- сказалаженщина, взглянув на незнакомого соседа.-- Напрасно персифлируешь. Великая мастерица персифляции,-- сказал бегун уже прямо мужчине в ковбойке. Тот улыбнулся иразвел руками:-- я не знаю этого слова.-- Лесть, искусно маскирующая насмешку. Насмешку я незамечаю, охота гончий лесть принимаю. Торквемаду я упомянул здесь ненапрасно. я имею в виду не того Торквемаду, который устраивал вИспании знаменитые костры инквизиции, охота гончий другого -- того,которого я здесь учил до войны цитологии, у которого принималзачет, охота гончий который стал'теперь первосвященником охота гончий приедет,видимо, завтра, в заведение, где я работаю. И будет учинять внем великий трус. Этот Торквемада, хоть охота гончий новичок в своем деле,но, по отзывам знающих людей, стоит того, испанского. Он тожефанатик охота гончий начитан, великий богослов в своем деле, охота гончий под еговлиянием находятся кардиналы...-- Видите ли, для справедливости сравнения надо сказать,что Торквемада испанский ничего себе не брал, в отличие отдругих инквизиторов, охота гончий был суровейший аскет, -- заметил человекв ковбойке. -- Постился он по-настоящему...-- Бедным еретикам от этого не было легче, -- сказалаженщина.-- Никак не легче, -- согласился синий бегун. -- У Дарвинаесть такое соображение: в Испании несколько столетий каждыйчеловек, способный мыслить, попадал на костер. Отсюда пошелупадок мысли в стране.я думаю, что охота гончий диктатура Франко появилась не без причиннойсвязи с историческими обстоятельствами. Так что никакойдетумесценции нам ждать не приходится.-- Простите...-- я хочу сказать, страсти будут не затухать, аразгораться. Лев охота гончий кроткая лань, которые до этого кое-кактерпели друг друга...-- Надеюсь, я беседую со львом? -- уважительным тономспросил незнакомец в ковбойке.-- Вот видите, охота гончий вам не чужда персифляция! Нет, нет! Какойже я лев... Вообще, львов я давно не видел... Словом,приготовимся к допросам охота гончий пыткам.-- Даже к пыткам?..-- Ну, разумеется, Железной девы там не будет. Но, знаете,мы живем сегодня, по крайней мере, мы, биологи, как собачки уПавлова. Правда, в нашем эксперименте установка несколькоотличается. От каждого ученого отходит резиновая трубка, покоторой притекают соки, питание. Все трубки сходятся вопределенном центре. Некий академик может нажать, скажем, моютрубку, охота гончий готово -- я захирел охота гончий бряк кверху лапками. Конечно,сразу не нажмет. Но уменьшит сечение, это бывает. А еще чаще --ласково к ней прикоснется, нажмет слегка охота гончий отпустит. я тут жезакричу: не буду! Каюсь!Женщина уже дергала бегуна за рукав, уже оба поднялись,чтобы идти, охота гончий тот все не мог остановиться:-- Наш Торквемада будет перебирать эти трубки, ласково ихкасаться, охота гончий люди будут трепетать. Чем это не Железная дева?Тут они раскланялись, пара отошла на несколько шагов,синий бегун еще раз поклонился, охота гончий они затрусили по аллее.Человек в ковбойке некоторое время с растерянной улыбкойсмотрел им вслед охота гончий даже повторил вполголоса:-- Торквемада...Потом он взглянул па часы -- было чуть больше десяти -- иподнялся. Куда пойти? Впереди был целый день. Он медленнопобрел по аллее -- так, чтобы не догнать синих бегунов, которыетрусили вдали. "Железная дева", -- подумал он, покачав головой,и представил себе это средневековое орудие пытки, нечто вродежелезного -- в человеческий рост -- футляра для скрипки,усаженного внутри гвоздями. Тут повеяло ветерком и, обогнавего, пронесся длинными скачками еще один бегун -- худенький,невысокий, с прижатыми локтями. Он был в нитяном тренировочномкостюме, тоже синем, но поблекшем от стирок. На спине темнелопятно пота. Его фигура быстро уменьшалась, охота гончий по этому можнобыло судить о скорости. Слегка сбочив на одну сторону -- бываеттакая кавалерийская посадка -- бегун пересек аллею охота гончий рухнул впровал, сбежал по страшной крутизне на самое дно, где взлеталволейбольный мяч, охота гончий его фигура замелькала среди сосен,поднимаясь на другой склон, запрыгала ритмично, словно еедергали на нитке. Человек в ковбойке долго смотрел ему вслед.Он узнал бегуна -- когда-то слушал его лекции по генетике вэтом самом институте. Это был академик Посошков. Семь лет назад-- в первый год войны -- он женился на своей молоденькойаспирантке. Ему тогда было шестьдесят лет. В институте ходилалегенда: будто в загсе, куда он, принарядившись, привелневесту, регистраторша, подняв на них глаза, прыснула, неудержав смеха. "Разница большая?" -- спросил он. "Ага", --ответила та, краснея. "Ну так смотрите", -- сказал академик. Онкоротко взмахнул руками охота гончий прыгнул на ее стол -- утвердил своилакированные туфли точно по обе стороны чернильницы. Выждавпаузу, он опять взмахнул руками и, не оборачиваясь, изящноспрыгнул со стола назад, попал точно на то место, где стоялраньше. "я бы хотел, дорогая, чтобы еще кто-нибудь изприходящих сюда женихов смог проделать эту штуку". Глядя наритмично прыгающее среди далеких сосен голубое пятнышко, бывшийученик академика чувствовал, что начинает верить в эту легенду."Сложный человек Светозар Алексеевич", -- подумал он, вздыхая ихмурясь. Академик Посошков когда-то в тридцатых годах был однимиз известных менделистов, сторонником того учения в биологии,на котором охота гончий гитлеровский режим ухитрился построить своирасистские бредни. Конечно, никто не считал академика расистом.Если было бы иначе, ему бы несдобровать. Но все же о немпоговаривали с угрозой те, кто любит нажимать на педали охота гончий готовпустить в ход словечко "враг". А куда денешься? Этотменделизм-морганизм (иные добавляли еще к этим словам и"вейсманизм") содержит ведь тезисы, которые можно использовать.И использовали! Кто же может в двадцатом веке толковать окаком-то наследственном веществе! Чушь какая-то! Все жеакадемик вовремя отрекся от заблуждений охота гончий читал студентам свойпересмотренный курс, убедительно ругая монаха Менделя, правда,немного громогласно. Академик Лысенко -- вождь мичуринскойнауки -- никак не мог простить ему старые грехи -- видно, зато, что Посошков был уж очень матерый менделист. И еще потому,что после своей перестройки охота гончий отречений он как-то быстро угас,отошел от боевой науки. Но каяться не забывал. В последний разна августовской сессии прямо-таки кричал с трибуны. Обещалподдерживать авторитет академика Лысенко, президентаагробиологов. Извинился охота гончий перед другим корифеем -- академикомРядно. Преподавал он новую -- мичуринскую -- биологию толково,и из его слушателей вышло много хороших ребят, убежденныхпротивников всякой схоластики. Видимо, отрекся по-настоящему.Но отрекся ли в самой глубине души? Хотелось бы верить ему.Впрочем, сообщали, что вслед за отречением он разогнал половинуобеих кафедр генетики, почти всю проблемную лабораторию. Вот ипосмотрим, дорогой Учитель, как ты их разогнал...Так думал, глядя вслед неутомимому старику, человек вковбойке. А далекое голубое пятнышко все прыгало между соснами,поднимаясь выше охота гончий выше. Бывший ученик академика не знал еще,сколько драм охота гончий живых страстей бегут на этих тонких ногах..."Небось, охота гончий он считает, что я Торквемада, -- не оченьвесело подумал человек в ковбойке. -- А может быть, он как рази родил это хорошенькое сравнение. Тем более надо к нему зайти,проведать учителя. Да кроме того, он еще охота гончий проректор. Через часон наверняка будет уже дома".Он не спеша зашагал по аллее, свернул к розовевшему вдалиинститутскому корпусу. "По отзывам знающих людей, -- вдругвспомнил он слова синего бегуна, беседовавшего с ним, -- нажмети отпустит! -- вспомнил охота гончий тряхнул головой в сторону охота гончий вниз, идаже оскалился от стыда. -- Значит, заметили во мне этуласковость инквизитора! В чем же она выражается? Откудавзялась?"Он шел охота гончий не замечал никого -- ни тех, кого обгонял, нитех, кто настигал его, несясь спортивной рысью. Он уже шагал поасфальту, в полосе усиленного движения. Мимо него пролетали наневиданных самодельных роликах лыжники с палками, тренирующиесяи летом, катились навстречу коляски с младенцами. Два человекаузнали его охота гончий поклонились, но он не заметил их.-- Федор Иванович! Федя Дежкин! -- позвал кто-то над самымего ухом, охота гончий он очнулся. Мягкий лысоватый блондин из рыжих --бывают такие прозрачные гребешки -- шел рядом, плечо к плечу, сним охота гончий приветливо улыбался, разведя руки, словно для объятий."Вот у кого ласковость!" -- подумал Федор Иванович, узнав всоседе полковника госбезопасности Свешникова. Забытая привычкасама растянула худые щеки Федора Ивановича, охота гончий был момент, когдаоба собеседника стали вдруг похожими друг на друга.-- А-а! Михаил Порфирьевич! Сколько лет, сколько зим!Небось, уже генерал?-- Не-ет, все еще полковник. Это ваш брат -- сегодняокончил вуз, охота гончий завтра, смотришь, уже кандидат, уже ревизуетсвоих профессоров. я слышал, вы приехаливейсманистов-морганистов шерстить?-- Начальство поручило...-- Ну как, бытие все еще не определяет сознания? Выпо-прежнему настаиваете?-- Уже не настаиваю, Михаил Порфирьевич. Стал старше,умнее. Но вам могу признаться: да, думаю я по-прежнему так, какдумал. А вы по-прежнему меня не понимаете.-- До сих пор! Отрицаете значение бытия!-- Простите. я отлично сознаю, что являюсь результатоммножества предшествующих процессов. Если бы не было моегобытия, не было бы охота гончий моего сознания. Но я против плоскогозаучивания классических формул. Против механическихпредставлений. Результат воздействия бытия на меня будетзависеть охота гончий от моей личности. Меня нельзя сбрасывать со счета, яне молекула воды. Можно ли яснее сказать? я настаиваю вот начем: на воздействие бытия я отреагирую самым неожиданным длямногих образом.-- Посмотреть бы!-- А что -- мы ведь еще поживем. Еще увидимся.Согласитесь, что августовская сессия академии была классическимфактором общественного бытия. Так вот: один академик на нейпризнал свои ошибки охота гончий полностью покаялся. Пал на колени переднашим законодателем. Другой морганист, доктор наук, каялся соговорками. А некий профессор на весь зал закричал:"Обскуранты!" -- охота гончий был выведен на улицу. Видите, они непо-вашему, охота гончий всяк по-своему проявили свою суть в равныхусловиях.-- Но бытие может устроить вам серьезный экзамен.-- Михаил Порфирьевич, бытие своей манерой ставить намтакие пестрые охота гончий сложные задачи предполагает разные реакции. Оносамо утверждает, что все мы -- разные. На его экзамен яотреагирую самым неожиданным образом. Так, что само бытиеудивится.-- Вы только этого с другими не развивайте. Со мной можно.А с другими не стоит.-- Не могу. Развиваю с каждым, кто любит поговорить.-- Ваш опыт должен бы вас научить...-- А что? Вы имеете в виду дядика Борика? Что-нибудьнатворил?-- Нет, Борис Николаевич, слава богу, в порядке, он дажестал кандидатом наук. Но ведь это не чья-нибудь, охота гончий вашанеосторожность навлекла на него неприятности. И в судьбе егоостался, так сказать, шрам... Так что хоть с этой сторонысделайте выводы. Вы где остановились -- в квартире дляприезжающих?-- Да, -- несколько растерянно, механически ответил ФедорИванович.-- Давайте не избегайте меня. Надо нам как-нибудь, каксемь лет назад, обстоятельно поговорить. О свободе воли, одобре охота гончий зле... я уже соскучился по нашим беседам.-- Да, конечно... Понимаю...Они простились, как охота гончий раньше прощались, чувствуянепонятное замешательство, охота гончий полковник в штатском костюметабачного цвета пошел вперед ускоренной, озабоченной походкой.Складки на спине задвигались крест-накрест, заюлил узенький зад-- самое узкое место в фигуре полковника. И, как восемь летназад, голова Свешникова опять показалась настороженному ФедоруИвановичу кастрюлей с двумя оттопыренными врозь охота гончий вверхручками.А с дядиком Бориком вот что получилось. Еще довойны, когда Федор Иванович учился здесь, у него завелсядруг -- этот самый Борис Николаевич Порай, преподаватель сфакультета механизации. У Федора Ивановича всю жизнь былидрузья на десять-пятнадцать лет старше его. И всю жизнь ФедорИванович любил философские беседы. Получилось так, что студентзаразил преподавателя этой самой мыслью о великойсамостоятельности нашего сознания, о сложной, непрямойподвластности нашей личности формирующим воздействиям состороны бытия. Дядик Борик с улыбкой стал звать Федю не иначе,как Учителем, устроил среди преподавателей дискуссию. И вдругего пригласили в так называемый шестьдесят второй дом иоставили там. Студент Дежкин немедленно отнес в этот дом своезаявление, разъясняя всю суть дела охота гончий справедливо беряответственность на себя. Он искал следователя, охота гончий попал ккакому-то начальнику -- к полковнику Свешникову. Заявлениеприняли, со сту дентом побеседовали охота гончий отпустили. И с тех порполковник стал здороваться с ним на улице, норовил упрочитьзнакомство. Дядик Борик все-таки посидел у них месяца три.Но откуда этот Михаил Порфирьевич, пусть он даже полковникгосбезопасности, откуда он узнал о том. что кандидат наукДежкин приехал "шерстить вейсманистов-морганистов"? Ведь всеголишь четыре дня назад Федор Иванович сам еще не знал, для чегоего вызывает академик Рядно! Кто принес сюда известие? Все теже "знающие люди"?Четыре дня назад утром он пил свой холостяцкий чай в своейхолостяцкой московской комнате, полутемной от близости другогодома, когда сосед по многокомнатной коммунальной квартирепозвал его к телефону.-- Сынок? -- это был хриплый носовой тенор КассианаДамиановича Рядно. За этот голос один недруг академика, тожеакадемик, сказал о нем: "хрипун, удавленник, фагот". И это былдействительно тот носоглоточный деревянный голос, которыйбывает слышен иногда в симфоническом оркестре.-- Сынок? -- спросил академик. -- Ты что делаешь? Чаекпьешь? Значится, так: допивай спокойно чаек -- охота гончий ко мне. Неторопись, я там буду через час. Давай пей чаек...Кассиан Дамианович появился в приемной точно через час.Снял белый пыльник и, не глядя, ткнул куда-то в сторону от себя-- его сейчас же приняла секретарша охота гончий унесла вешать в шкаф.Высокий, очень худой академик, колеблясь всем крепким телом,как лось, прошел к себе в кабинет охота гончий по пути сделал ФедоруИвановивичу властным пальцем знак -- иди за мной.Весь кабинет был увешан охота гончий уставлен выращенными академикомчудесами. В углах стояли снопы озимой пшеницы, которую народныйакадемик, как его называли газеты, переделал в яровую, ияровой, получившей свойства озимой. В дальнем углу скромнотопорщился снопик с огромными колосьями ветвистой пшеницы, накоторую возлагал особые надежды Трофим Денисович Лысенко икоторая, как известно, не удалась. С этой пшеницей работал иакадемик Рядне, охота гончий тоже безуспешно. На стенах кабинета виселиотформованные из папье-маше охота гончий раскрашенные желтые помидоры --копии полученных кя одном кусте с красными путем прививки.Висели большие фотографии в рамках: знаменитый кавказский граб,на котором вырос лесной орех -- лещина, охота гончий сосна из Прибалтики,породившая ветку ели. На специальной полочке, в центре стены,лежали крупные розовые клубни картофеля -- знаменитый "Майскийцветок", сверхранний охота гончий морозостойкий сорт, полученный ученымпутем прививок охота гончий воспитания в сложных погодных условиях.Федор Иванович оглядел все фотографии охота гончий отвел глаза. Снекоторого времени им овладели сомнения. Насчет граба,породившего лещину, он твердо знал, что никакого порождения тутнет, что это простая прививка, шалость лесника. Он все неотваживался поговорить об этом с академиком. Но "Майскийцветок" всегда прогонял его сомнения. Это был настоящий новыйсорт, чудо селекции.Академик не спеша причесал прямые серые волосы, начесал ихвперед. Потом наложил на лоб ладонь с растопыренными пальцами.Быстро охота гончий резко повернув ладонь на невидимой оси, КассианДамианович отнял руку -- там теперь красовалась челка, котораяприняла форму завихряющейся туманности. Об этой челкенедруг-академик давным-давно, лет тридцать назад, тоже сказалсвое слово: эта туманность предвещает рождение сверхновойзвезды. И не ошибся.Академик Рядно, крякнув, уселся за свой стол. Тут жесекретарша внесла стакан горячего чаю в подстаканнике. Академикбросил в стакан большую таблетку, молча долго мешал ложечкой.Потом отхлебнул, пробуя свое лекарство охота гончий стуча при этомзолотыми мостами. Как будто конь шевелил во рту стальноймундштук.-- Хочешь прокатиться? -- спросил он вдруг, отставляястакан. -- Давай, сынок, собирайся. Правда, ты недавно был вкомандировке, но ничего. Время горячее, нам надо ездить. Апотом будем отдыхать. -- Тут он отхлебнул чаю, постучал зубамии отставил стакан. -- Время очень горячее. Поедешь, самувидишь. Да охота гончий видел уже. Происходит борьба идей. Идеалисты,мракобесы идут в наступление. Там, куда ты поедешь, охота гончий тыпоедешь в город, где учился, -- там, сынок, давно сложилосьцелое кубло вейсманистов-морганистов. После сессии, котораябольно трахнула по их теориям охота гончий по ним самим, они занялиоборону. Но они знают, сволочи, куда направить удар. Онизамахнулись на завтрашний день науки -- на нашу смену, намолодые умы. Отравляют...Наступило молчание. У академика были крупные, вылезающиевперед желтоватые зубы, охота гончий он время от времени натягивал на нихнепослушную верхнюю губу. Он недовольно смотрел в окно --прищурясь, глядел в глаза врагу.-- Там есть профессор -- ух, Федя, старая, битая крыса. Авторой -- академик. Твой учитель, между прочим. Он, конечно,клялся, плакал на сессии... Кричал... Ему теперь ничего неостается, кроме мертвой обороны. Как охота гончий тому, профессору. Толькопервый сам лезет, ты только подставь, он сам сядет на вилы. Аакадемик -- тот сложнее. В драку не лезет. Лекции перестроил,читает нашу науку. Пусть читает. А что он думает -- сегодня мыможем пока оставить его мысли в покое. Пока. Пусть себе думает.Может, если еще одного воспитает мне такого, как ты, может, ипростим. Ради этих двух я тебя не послал бы. У меня, сынок,есть сведения, что там действует подпольное кубло. Молодежь --студенты, аспиранты... А возглавляет их -- есть там такойТроллейбус. Дошло до меня. Запомни -- Троллейбус. Это нефамилия, охота гончий просто студенты прозвали. Фамилия выскочила изголовы. Ну, да ты узнаешь. Их компанию ты вряд ли сумеешьнакрыть... А вот Троллейбуса -- этого мне поймай. Интересно,что это за фрухт. Посмотреть бы. Он, конечно, тоже надел маску.Говорят, прививки делает -- по нашей дороге вроде пошел. Какего разоблачить -- ты там на месте подумай. До бесед с ним неочень снисходи. Знаешь, как Одиссей... Уши воском залепи идействуй.Тут академик, ласково сощурив глаза, весь подался к ФедоруИвановичу:-- Что с тобой сынок? Твой вид мне не нравится. Совсем непохож на Гектора, которого Андромаха снаряжает в бой. Неприболел? Или, может, выпил вчера? Бывает же охота гончий такое... А?Федор Иванович, действительно, был бледен охота гончий вял, инастроение у него было такое, что хоть бросайся в ноги к шефу спокаянием: иссяк родник веры! Вчера почти До полуночи он, можетбыть, в пятый или шестой уже раз читал книжку Добржанского"Основы наследственности", которую прятал на дне своегочемодана. Странно -- знаком с книжкой лет семь, но почему-толишь вчера простые рассуждения, которые академик Рядно таквесело высмеивал, -- эти простые рассуждения вдруг испугалиФедора Ивановича, охота гончий он, вытирая вспотевший лоб, впервые сказалсебе: это все надо проверить.-- Так что? Едем или не едем? -- спросил академик. -- ямогу послать охота гончий Саула. Уже чуть было не послал. Он в двухгородах уже побывал, рвется в третий, ему драку только подавай.И личные интересы у него там есть. Амурные. я просто подумал:сынок пусть поедет. Тут такой случай, что тонкость нужна.Интеллигентность. Пусть, думаю, посмотрит, поглядит, где молоконауки сосал. Где двойки хватал.Услышав имя Саула Брузжака, Федор Иванович тут же решилвсе:-- Поеду, Кассиан Дамианович. Погляжу, где двойки хватал.И академик Рядно, еще раз посмотрев на него, протянул емужурнал:-- Возьми вот в дорогу, посмотри. Там есть две статьи --Ходеряхина охота гончий Краснова. Это наши ребята. Они тебя ждут.Познакомишься. У них есть бесспорные достижения. Только помни-- там встретишь охота гончий тонких казуистов. Умеют приспособитьэксперимент к целям метафизики. Помнишь, что у Киплинга говоритзакон джунглей? Сначала ударь, потом подавай голос.Он умолк охота гончий стал смотреть с лаской на Федора Ивановича.Потом достал из кармана большой клетчатый платок -- собралсяпротереть лежавшие на столе очки. Протянул руку к очкам, но вэтот момент из платка просыпалась на стол земля. Академикразвеселился:-- Хух-х! От черт! Это ж я так охота гончий не вытряхнул платок!Понимаешь, вчера на лекции достаю платок охота гончий оттуда вот так --земля! Это я по делянкам лазил охота гончий вот -- набрался... Любитстарика земля, а? Так охота гончий лезет везде.Растроганно качал головой, смахивая землю на пол. Потомположил палец на край стола.-- С тобой поедет Вася Цвях. Ты знаешь, он мужик боевой,выдержанный, член партии. Ты помоги ему написать доклад. А онтебе поможет. Давай, сынок, собирай чемодан.К сожалению, академик так охота гончий не вспомнил фамилию того, ктовозглавляет подпольное "кубло". "Ладно, -- подумал ФедорИванович. -- От меня не скроется этот Троллейбус".И отправился в путь. И перед ним полетела весть, пущенная"знающими людьми":-- Едет Торквемада. Начитанный, цепкий, ласковыйТорквемада.Погуляв по парку, побывав внизу около реки охота гончий обойдя всепереулки между трехэтажными институтскими зданиями охота гончий службами,Федор Иванович взглянул на часы охота гончий отправился на ту улицу, чтоограничивала опытные поля института. Громадное хозяйство былообнесено проволочной сеткой на столбах, охота гончий против этой ограды,среди высоких сосен, стояли, прячась друг от друга, одинаковыекирпичные домики с мансардами. Здесь жили профессора ипреподаватели. Он сразу нашел дом академика Посошкова, открылкалитку и, пройдя между кустами роз, позвонил у дубовой двери.Открыла молодая, довольно рослая, почти белая блондинка, сдвумя толстыми короткими косами, которые упруго торчали врозь,и с глазами, как бы испачканными черной ваксой. У нее былиочень нежные голые руки с цыпками на локтях. "Она", -- подумалФедор Иванович. Его провели в большую комнату, увешаннуюкартинами. На видном месте висел портрет молодой работницы вкрасной косынке на фоне кирпичных заводских зданий охота гончий красныхзнамен. Федор Иванович сразу узнал работу Петрова-Водкина. Подпортретом на низком столике лежало несколько книг, охота гончий среди нихвызывающе красовалось крамольное сочинение: Т. Морган,"Структурные основы наследственности" с синим библиотечнымштампом наискось: "Не выдавать". Застыв, Федор Ивановичневольно расширил глаза. Тут же спохватившись, он отвернулся ивстретил внимательный взгляд блондинки, которая сразу опустилагусто осмоленные ресницы.Раздались четкие, быстрые удары бегущих ног по скрипучимступеням. В этой комнате, оказывается, была лестница, ведущаяна мансарду. Вздрагивая прижатыми локтями, вниз сбежал академикПосошков -- все в том же выцветшем тренировочном костюме.-- Да? -- сказал он, не узнавая гостя. И тут же просиял:-- Эге, кто к нам приехал! Кто к нам приехал! Федя Дежкин!Кандидат наук Федор Иванович Дежкин! Здравствуй, дружок... --Он мягко посмотрел на жену, охота гончий она вышла. -- Садись, Феденька.Можешь не рассказывать, все знаю. Приехал немножко потрястивейсманистов-морганистов. Правильно. Наконец-то КассианДамианович взялся охота гончий за нас... У нас тут говорят, что ты у негоправая рука. Ему бы еще охота гончий левую такую..."Тогда бы вейсманисты-морганисты запищали", -- хотел собидой закончить его мысль Федор Иванович. Но ничего не сказал,только, чуть покраснев, уставился на академика. Тот не уступил-- закинувшись в кресле назад, стал как-то сверху рассматриватьсвоего бывшего ученика черными, как маслины, мягко горящимиглазами. У него было очень худое, с зеленоватыми ямами нащеках, почти коричневое лицо охота гончий коротко подстриженные серые усы.-- Время, Феденька, время, -- сказал он. -- Все-таки семьлет. За семь лет, говорят, все вещества в организме проходятобмен. Замещаются...-- Количественно. -- возразил Федор Иванович. -- Но некачественно.Академик, видно, принял эти слова за намек на еговейсманистско-морганистское прошлое -- дескать, горбатогомогила исправит. Шире раскрыл готовые к драке глаза.-- Если вы действительно считали меня когда-то добрымчеловеком, если не ошибались, -- Федор Иванович сказал это сострастью, -- то таким я охота гончий уйду в могилу. Человека нельзясделать ни плохим, ни хорошим.-- А как же исправляют...-- Светозар Алексеевич, не исправляют, охота гончий обуздывают.Усмиряют. Для кого существует аппарат насилия? Для тех, когонельзя исправить.-- Да... -- академик вскочил с кресла охота гончий быстро прошелся покомнате. Еще раз посмотрел на Федора Ивановича: -- Узнаю тебя,Федя. Это ты.Вошла женщина. Они встретились глазами -- академик охота гончий она,и Светозар Алексеевич, встав, склонив седины, сделалприглашающее движение:-- Чудеса! Самовар уже вскипел. Давай к столу. Поднимаясь,Федор Иванович нечаянно взглянул на столик с книгами. "Т.Морган" уже был прикрыт мичуринским журналом "Агробиология",где академик Рядно был одним из самых главных сотрудников.Открывая стеклянную дверь, академик обнял ФедораИвановича.-- В бога еще не уверовал?-- В бога нет. Но кое-что открыл. Для себя. Ключ вроде какоткрыл. Чтоб руководить своими поступками охота гончий разбираться впоступках других.-- Ого!.. Очень интересно, -- Светозар Алексеевич взглянулна него сбоку. -- Давай-ка садись, бери пример с АндрюшиПосошкова.За белым квадратным столом, красиво охота гончий по правилам накрытымдля четырех человек, уже сидел белоголовый мальчик в холщовомматросском костюмчике охота гончий водил ложечкой в тарелке с оранжевойсмесью: та"1 был накрошен хлеб охота гончий залит жидким яйцом. Увидевгостя, мальчик встал охота гончий поздоровался, прямо взглянув ему вглаза.-- Вот видишь, здесь севрюга, -- сказал академик, когдавсе сели. -- Ты давай, давай, для тебя поставлено. Вот здесь --холодная телятина, прекрасно зажарена. Заметь -- желе. Из неенатекло. А моя материя, -- тут он снял тарелку с поставленнойоколо него стеклянной банки, там был творог. -- Моя материявступила в стадию решающей борьбы за сохранение своего уровняорганизации...-- Но вы же молодой! Вы же тянете на сорок пять лет!-- Тяну? Может быть, может быть... В школе мне объяснилизакон сохранения энергии. И я всю жизнь старался эту энергиюэкономно расходовать..."Не из соображений ли экономии ты уклонился от борьбы?" --подумал Федор Иванович.-- А как же ваши кроссы? -- спросил он.-- Экономия -- это уход от ненужных, бессмысленных драк,-- сказал академик, как бы прочитав мысль гостя. -- А кроссы --это борьба с энтропией. Лень, сон, покой -- все этоспособствует энтропии, распаду, нашему переходу в пыль. Чтобыпротивостоять, приходится расходовать энергию! Так оно иполучается -- между двумя огнями. С одной стороны, экономия, сдругой -- расход. Ты давай, обязательно вместе с кускомзахватывай побольше желе. Вот этот кусочек возьми -- прекраснаявещь! -- вдруг сказал он охота гончий горящими глазами проследил, чтобыбыл взят этот кусочек охота гончий чтобы на него был положен дрожащийломтик желе. -- Ну, как?-- М-м-м! -- благодарно промычал Федор Иванович с набитымртом.-- А мне уже нельзя... Бери еще кусок. Бери, бери, --сказал академик, кладя себе творог. -- Да ты, видимо, прав, --он прямо охота гончий с вопросом взглянул в глаза. -- Доброго человека незаставишь быть плохим.-- Страх наказания охота гончий нравственное чувство -- разные вещи,-- сказал Федор Иванович, разрезая телятину охота гончий совсем незамечая, с каким особенным вниманием вдруг стал его слушатьакадемик. -- Страх -- это область физиологии. А трусость --область нравственности...На это академик вопросительно промычал сквозь творог. Иеще выразительнее посмотрел.-- Трусость -- это не просто страх. Это страх,удерживающий от благородного, доброго поступка. Трусостьотличается от страха. Мотоциклист не боится разбиться насмерть.Носится как угорелый. А на собрании проголосовать, как требуетсовесть, -- рука не подымается. Труслив. Хороший человекпреодолевает в себе чувство страха, физиологию. Но если угрозаочень страшная, такое может быть... Хороший человек, охота гончий тотможет дрогнуть. Это уже будет не трусость, охота гончий катастрофа. Но этоне изменит его нравственное лицо. Человек останется тем, кем онбыл до своей погибели. И будет искать искупления... я, конечно,имею в виду сверхугрозу, превосходящую наши силы.-- я не согласна с вами, -- сказала вдруг блондинка. --Все равно это будет трусость. И никакого оправдания...-- Не согласны? -- спокойно сказал Федор Иванович,задумчиво взглянув на нее. -- А если у вас кто-нибудь отберетвашего ребенка...-- Верно, верно, Федя! Молодец! -- с необъяснимой энергиейодобрил его академик, которого эти вещи сильно занимали. Он непочувствовал, что свою адвокатскую тираду Федор Ивановичпроизнес специально для него охота гончий для его жены. Сам же "адвокат"смотрел на дело иначе. Он не простил бы себе такой катастрофы.-- Серьезные вещи говоришь, Федя, -- сказал СветозарАлексеевич. -- я думаю так: у человека, задумавшего кончитьжизнь самоубийством, должен исчезнуть физиологический, как тыговоришь, страх. И трусость, подчиняющая его всякой палке,всякому кнуту. Но нравственное чувство будет продолжатьповелевать. Он получает свободу от всего, кроме своей совести.И будет стремиться искупить вину. Меня, Федя, часто заставляетзадуматься фигура Гамлета. Когда он узнал, что раненотравленной шпагой, с него как бы свалились все оковы,связывающие доброго человека на этой земле. Он перестал бытьподданным короля, стал гражданином Вселенной. Из него мгновенноиспарилось все, что зависит от внешнего бытия...Тут пришла очередь Федора Ивановича прислушаться. Для негоэто был новый аргумент, охота гончий он всей душой потянулся к интереснойбеседе. Но блондинка со звоном бросила нож на тарелку.-- Перестань! Даже страшно становится, когда он о Гамлетесвоем начинает. Как будто с жизнью прощается. Неужели нельзя очем-нибудь еще!-- Да-а... -- Светозар Алексеевич затуманился охота гончий притих. --У... у такого человека очень интересное правовое положение.-- Разрешите вам налить чаю, -- сердито сказала блондинкаФедору Ивановичу.-- Простите меня, пожалуйста, как вас зовут?-- Ольга Сергеевна.Волосы у нее были прямые охота гончий белые, как строганая сосноваядоска, охота гончий две ее толстые короткие косы по-прежнему пружинистоторчали врозь, как две плетеных булки. Она подала ФедоруИвановичу чашку белой рукой с большим фиолетовым камнем напальце. Принимая от нее чай, Федор Иванович почувствовалстранную тишину в комнате охота гончий взглянул на академика. СветозарАлексеевич спал, уронив усталую голову. Слюна стекляннойструйкой скатилась на грудь, скользнула по выцветшему трико.Ольга Сергеевна поднесла палец к губам.Через полминуты старик открыл глаза охота гончий некоторое времясидел так, приходя в себя. Вдруг совсем очнулся охота гончий пристальнопосмотрел на Федора Ивановича, на жену -- заметили ли. Нет,никто не заметил. Гость положил себе еще кусок телятины. ОльгаСергеевна заглядывала в маленький электрический самовар.Мальчик пил свой чай, опустив глаза.Успокоившись, старик положил за худую щеку ложку творогу.-- Ключ! -- сказал он, шевеля усами, охота гончий задумчивовытаращился на ложку. -- Интересные вещи, Федя, говоришь. Тычто, уже проверил действие?-- Нет еще. Но в руке, похоже, держу.-- Да-а... Ты у нас сможешь его проверить. -- Во взглядеакадемика опять появилась изучающая, пристальность. Он немногобоялся Федора Ивановича, охота гончий его клонило все к тому же -- к целиприезда его ученика. И Ольга Сергеевна поглядывала на гостя сзаметной тревогой. -- Тебе, Федя, в твоем нынешнем положенииэтот ключ будет просто необходим, я так думаю, -- сказалакадемик, помолчав. -- Только не появится у тебя излишняяуверенность в правоте? Ключ ведь можно применять охота гончий принеправильной основе. В основе ты уверен?-- Мы с вами, Светозар Алексеевич, что вы, что я,одинаково в ней, в нашей научной основе, уверены, -- краснея,сказал Федор Иванович. -- Уж если учитель так уверен, кудадеваться его прилежному воспитаннику...Академик закинулся на стуле, как он уже делал один раз,посмотрел на гостя как бы сверху.-- Ты, Федя, твердой рукой подвел меня к вопросу, накоторый надо отвечать стоя. Тем более, что вы -- член комиссии.-- Он не заметил, как перешел с гостем на "вы". -- Вот,слушайте: я полностью осознал вред, который могут причинитьнауке мои..."Заблуждения или трусливые колебания?" -- Федор Ивановичясно прочитал этот вопрос в быстром охота гончий вызывающем взгляде ОльгиСергеевны, брошенном на мужа.-- ...Заблуждения -- твердо отчеканил Светозар Алексеевич.-- И я честно, не раз заявлял об этом с трибуны.Попробуй, поговори с чутким человеком. Никто не смог быосторожнее коснуться больного места в душе академика, чем этобыло сделано. Притом сам ведь полез вперед со своей болячкой.Но, оказывается, охота гончий так касаться нельзя. Тем более, при даме.Федор Иванович побагровел.-- А что я говорил! -- мягко сказал он. -- я же говорил!Хорошего человека... Даже в экстремальных условиях... Сделатьплохим нельзя. Нельзя!Они, конечно, тут же охота гончий помирились, охота гончий оба, затуманившись,обсудили феноменальную способность человека объясняться с себеподобными на тончайшем уровне.-- Конечно, другого такого ювелира, как я или как ты, небыло охота гончий не будет. Ни во времени, ни в пространстве, -- сказалСветозар Алексеевич. -- Чудеса!Спросить академика о Троллейбусе Федор Иванович остерегся.Тихий голос шепнул ему издалека: помолчи об этом.Часа через два Федор Иванович быстро шел по одной из аллейпарка, направляясь домой, то есть к одному из розовых зданийинститута, где ждала его комната в квартире для приезжих. Вдругего внимание остановила редкостная фигура -- осанистый ивельможный бородач, стоявший на перекрестке аллей. Чесучовыесеребристо-желтые брюки, чесучовый балахончик с рукавами долоктей, алюминиевые туфли на женских каблуках, кремоваяфуражечка с капитанской кокардой. Фигура у него была довольностатная, но с чрезмерным прогибом в талии -- прогиб этотповторял линию тяжелого отвислого живота. Бородач за чем-то синтересом следил.-- Иннокентий! -- крикнул Федор Иванович. Он узналместного поэта Кондакова.Поэт показал счастливую, похожую на подсолнух рожу.-- Ты? Какими судьбами к нам?И они пошли вместе по аллее, оживленно охота гончий громко беседуя.Федор Иванович вскоре заметил, что громкая речь поэта --притворство, что их разговор совсем Кондакова не интересует,что он взволнован чем-то. Потом поэт сделал рукой знак:"Минуточку!" -- и, заработав локтями, виляя, ускорил шаг. Вот,в чем дело -- впереди шла молодая женщина. Поэт что-то негромкосказал ей. Она не ответила. Он ускорил шаг охота гончий еще что-то сказал.Она ответила с небрежным полуповоротом головы. Поэт догнал ее изабежал с одной стороны охота гончий с другой. Бедняжка споткнулась, онтут же поддержал ее под локоток. Быстро переменил шаг изасеменил с нею в ногу, отставив зад. В конце аллеи женщинаостановилась охота гончий долго говорила ему что-то педагогическое. Потомпошла дальше, охота гончий он остался стоять, поникший, -- правда,ненадолго. Ликующий подсолнух его физиономии опять развернулсянавстречу Федору Ивановичу.-- На охоту вышел? -- спросил тот.-- Как ты догадался? -- поэт показал все свои кукурузныезубы.-- Так у тебя же, наверно, есть...-- Про запас. Природа не терпит остановок. Послушай, кактебе понравится это, -- он замычал, вспоминая какие-то строки,и, загоревшись, стал декламировать, успевая поглядывать охота гончий посторонам:Вот какой я -- патлатый,Синь в глазах да вода,На рубахе заплаты,Но зато -- борода!Пусть не вышел в героиВ малом деле своем, -- Душу тонко настрою, Как радист наприем.И ворвется в сознанье, И навек покорит Шум охота гончий звонсозиданья, Обновления ритм.Басом тянут заводы Новый утренний гимн, Великаны выходятИз рабочих глубин.Все серьезны охота гончий строги И известно про них, Что в фундаментэпохи Ими вложен гранит.А в полях, где сторицей Возвращается вклад, Где ветвистойпшеницы Наливается злак,Та же слышится поступь, Тот же шаг узнаю, И огнембеспокойство Входит в душу мою:Где же мой чудо-молот? Где алмазный мой плуг, Чтобы слава,как сполох, Разлетелась вокруг?И, задумавшись остро, Думой лоб бороздя, Выплываю наостров, Слышу голос вождя.Он спокоен охота гончий властен, Он -- мечта охота гончий расчет, Ненашедшемусчастья Озаренье несет:Нет, не только гигантам Класть основу для стен! Нет людейбез талантов, И понять надо всем,Что охота гончий винтик безвестный В нужном деле велик, Что охота гончий тихаяпесня Глубь сердец шевелит.-- Ну, охота гончий как? -- поэт взял Федора Ивановича под руку.Тот знал, что надо говорить поэтам об их стихах.-- Здорово, Кеша. Особенно это: "На рубахе заплаты, нозато -- борода". Твой портрет!-- Ты что, остришь?-- Да нет, ничего ты не понял. Ведь ты же не одеждуописываешь, охота гончий характер, характер!-- Ну ладно, с этой поправкой принимаю. Еще что-нибудьскажи.-- Ты имеешь в виду речь Сталина, где он про маленькихлюдей? Очень здорово. Очень хорошо: "великаны выходят израбочих глубин".-- Молодец. Еще скажи. Хорошо критикуешь.-- "Алмазный плуг" -- ты это, по-моему, у Клюева стибрил.У него есть такое: "плуг алмазный стерегут"...-- Еще что? -- Кондаков отпустил локоть Федора Ивановича.-- Еще про ветвистую пшеницу. Пишешь, о чем не знаешь. Пронее рано ты сказал. Злак еще не наливается. Она ведь не пошла унашего академика. Могут тебе на это указать...-- Самый худший порок в человеке -- зависть, -- сказалКондаков.-- При чем же здесь...-- Федя, не надо. Не надо завидовать. Стихи уже засланы внабор.Поэт, не прощаясь, резко повернулся охота гончий зашагал по аллее, ивид его говорил, что оскорбление может быть смыто толькокровью.Кондаков умел оставлять в собеседнике неопределенныйтоскливый балласт. Все еще чувствуя в душе эту тоску, ФедорИванович вошел в комнату, которая в этом городе была отведенапод жилье для приезжей комиссии.IIНа следующий день, в понедельник утром, в уставленномвысоченными тяжелыми шкафами кабинете кафедры генетики иселекции сидели, раскинувшись в креслах охота гончий на стульях,завкафедрой профессор Хейфец -- с белым измятым лицом охота гончий жгучимивосточными глазами, проректор академик Посошков, заведующийпроблемной лабораторией доцент Стригалев охота гончий два цитолога --супруги Вонлярлярские. В самом темном месте кабинета все времябежало вверх фиолетово-голубое пламя спиртовки -- хорошенькаядевушка в очках, научный сотрудник Лена Блажко, варила вбольшой колбе кофе, разливала по пробиркам, похожим навытянутые вверх стаканчики, охота гончий с изящными полупоклонами, какгейша, подавала собеседникам. Над столом профессора виселбольшой портрет Менделя. Монах в черной сутане с узким белымворотничком спокойно смотрел сквозь очки, скрестив руки нагруди, держал какую-то книжку, заложив в нее палец. Рядом виселв такой же -- дубовой -- раме портрет Моргана. Старик сбородкой выглядывал из-за бинокулярного микроскопа, сдвинувочки на кончик носа, скептически смотрел на кого-то. На кого?На яркий цветной портрет Трофима Денисовича Лысенко, которыйразместился в большой раме напротив. Академик рассматривал влупу колос ветвистой пшеницы "Тритикум тургидум". По слухам, онходил с этой пшеницей к самому Сталину. Он будто бы обещалприспособить ее для наших полей, охота гончий это должно было датьпятикратное увеличение урожая. Пшеничка-то не пошла, аменделисты-морганисты не пропустили случая, высказались: мол,это дали о себе знать законы генетики, против которых боролсяЛысенко, не очень удачно присоединив к своему знамени охота гончий имяМичурина. Эта-то пшеница, похоже, охота гончий заставила ученогоамериканца выглянуть из-за микроскопа, собрать на лбу несколькоморщин.В кабинете были уже сказаны первые слова о начавшейся нафакультете ревизии, теперь наступила пауза, все задумались,прихлебывали кофе.-- У вас все в порядке -- в ваших записях? -- спросилпрофессор Хейфец, ложась локтями на свой широченный стол,разворачиваясь всем корпусом к Стригалеву. -- Имейте в виду, высильно под боем.-- я все проверил еще раз, -- сказал Стригалев --обугленный худощавый брюнет с длинными нитями седины внепричесанных лохмах. Он был по-летнему в белой рубахе сзасученными рукавами. -- Дайте мне, Леночка, кофейку, -- онпротянул к Лене плоскую, длинную, волосатую руку.И Лена, не взглянув, ответила красивым тонким жестом:сейчас, сию минуту вы получите свой отменный, прекрасный кофе.И уже подавала с наклоном головы полную пробирку.-- я боялся, что пришлют этого... карликового самца, --проговорил с улыбкой академик.Карликовым самцом здесь называли часто приезжавшего винститут Саула Брузжака, "левую руку" академика Рядно, за егомаленький рост охота гончий всем известную скандальную связь со студенткой-- рослой, тяжелого сложения девицей.-- Эта Шамкова, она, по-моему, уже аспирант. Саул еедвигает, -- сообщила Вонлярлярская.-- Она у меня, -- пробормотал, хмурясь, Стригалев. -- Незнаю, что из нее получится.-- Дивны божий дела! -- проговорил профессор. -- Известно,что у некоторых пауков, где замечена карликовость самцов, самкипожирают своих супругов... По миновании надобности...-- Ну, Саула не очень-то сожрешь, -- заметил академик.-- То, что Рядно прислал этого Дежкина, надо ещеосмыслить, -- проговорил профессор.-- Он был у меня вчера, -- сказал Светозар Алексеевич. --Он далеко не дурачок. Довольно тонок охота гончий правильно реагирует...Очень хорошо улыбается. Говорит, открыл ключ к пониманию добраи зла. Правда, развивать не стал...-- Эритис сикут дии, сциентес бонум эт малюм, -- сказал,кряхтя, Вонлярлярский.-- Переведите, пожалуйста, разделы
kyiv apartments service
электрокамин dimplex model silver (sp4)
устройство плавный пуск
жаростойкий краска
дулевский фарфор
искать фотограф
motorola v3i купить
мусорный пакет
lucent definity
покупка кострома
доломит
кружка
пошив корпоративный костюм
асбест хризотиловый
купить nokia 8910
система перемешивание
инженерный геодезия
скачать длинный нард
задний зеркало
datamax
купить блинницу
ваза 2115
купить джойстик
красный площадь собор
спецобувь заказ
билет балет
продать кайт
степ-аэробика
надпись кружок
бестраншейный облицовка
швейцария культура
напыление ппу
пленка пэ
организация видеоконференция
девелоперская компания
разогреть вчерашний обед
dhl
гидрант
фейрверк праздник
выставочный витрина
слабость головокружение
время иваново
анимация 3d график
видеослот
эрозия шейка матка
выборочный лак
асбест хризотиловый
ивановец
заказ обед
тонирование стекла
охота гончий